Некогда проживал на свете один государь. И вот беда – захотелось ему пить.
То, чего он хотел вследствие возникшего желания, царь недопонимал, поэтому им было сказано так:
- Кажется, у меня в горле пересохло!..
Вмиг отреагировали пажи царя, кинувшись, сломя голову на поиски сами не зная чего – лишь бы правителю помочь.
Слугами было принесено ни что иное, как масло.
Не колеблясь, государь попробовал помочь себе, принесенным ему лекарством, и, все исправилось – в горле перестало сохнуть.
Лекарство было испито, но все-таки ощущение, что что-то не в порядке, не покинуло государя.
После масла во рту образовался особый привкус.
- У меня во рту происходит что-то непонятное: на языке ощущается скользкая пленка, - проговорил царь.
По рекомендации придворного врача царь стал пить уксус и рассол, дабы избавиться от недуга.
Но от этого повелителю лучше не стало – ко всему добавились боли в животе и слезы из очей.
- Быть может…я просто пить желаю? – высказал свои предположения государь, которые, и не возникли бы у него, не случись с ним таких горестей и мук.
- Но слезы от такого не идут градом!.. – вторили придворные люди.
Желания царя воспринимались как прихоть и каприз, но делать было нечего – царя надо было вылечить, а по этой причине искать теперь надо было то, что он просит – сладких вин и розовой воды.
Принесенные «снадобья» были выпиты царем, но положение не поправилось.
После «такого» лечения желудок и вовсе перестал функционировать.
Один мудрый человек, наблюдавший за всей этой возней и неразберихой, высказался так:
- Да поймите вы, государь в воде простой нуждается.
- Да где это видано, чтобы цари воду простую пили!? – загудели дворяне.
- Я совершенно согласен с высказавшимися! – произнес самодержец. – Я болен, да еще ко всему – я царь, и после этого вы смеете мне простую воду предлагать?!
Несносно использовать столь тривиальное средство для постоянно прогрессирующей болезни и ухудшающегося состояния.
Такое предложение оскверняет человека ее изрекшего, посягая на усомнение его достоинства, и оскорбляет непосредственно самого больного.
Именно с тех пор умный человек стал носить «звание» глупца.
